Павкович все же не оставлял надежду пририсовать еще пару-тройку желтых звездочек на кокпите своей машины, прямо перед распахнутой пастью гадюки. В дополнение к уже имеющимся семи символам воздушных побед...

Один "Ми-8Т" завис в пятидесяти метрах над небольшой ровной площадкой, где столпились два десятка женщин с детьми на руках. Два других вертолета выбрали позицию чуть дальше и выше, чтобы не мешать десантированию группы. Опуститься ниже не позволял близкий склон горы, и пилот делал все возможное, удерживая машину почти неподвижно в одной точке.

- Ниже никак? - Христослав, сорокалетний спецназовец со шрамом через весь лоб, оставшимся у него в качестве напоминания о ночном бое с американскими "зелеными беретами" в Боснии, подергал за плечо сумрачного техника.

- Нет! - закричал техник, перекрикивая рев двигателей. - У нас винт двадцать метров, стену зацепим! Пойдете по тросу!

Христослав кивнул.

Техник повернул рычаг возле сдвижной боковой двери, - из-под брюха вертолета выдвинулась решетчатая ферма, и на нее легла стрела лебедки. Вниз быстро заскользил стальной шнур с ременной люлькой на конце.

- Сто пятьдесят кило! - проорал техник. - По одной поднимайте!

Спецназовец перебросил автомат за спину и прицепил к поясному ремню страхующий карабин.

Когда трос достиг земли, техник выключил лебедку. Христослав перебрался из десантного отсека на стрелу, набросил карабин на витой металлический шнур и уже через пятнадцать секунд оказался на земле. Вслед за ним на площадку высадились еще семеро десантников.

- Время! - Христослав постучал пальцем по наручным часам.

Спецназовцы рассыпались по периметру, выставив стволы автоматов. Двое встали возле вмурованной в скалу стальной двери, готовые расстрелять любого, кто попытается выйти изнутри горы.