Эта его причуда порой заходила до абсурда. Например, если он покупал какую-то безделушку, находясь, ну допустим в Самарканде, и относил ее в свой тамошний дом, то на завтра точно такие же безделушки должны были стоять на том же месте, куда он ее поставил во всех восьмидесяти восьми домах по всему миру. Конечно это прихоть но он мог себе ее позволить. И вот за исполнением таких прихотей должен был следить ваш покорный слуга. В этом, и в тысячи самых разных других вещей, и состояла моя работа. Официально я являюсь главным помощником во всех его делах. А неофициально…, впрочем, об этом тоже чуть позже.

Вообще с недавних пор на мои плечи легла и еще одна обязанность. Мне было дано указание начать писать сей труд. Шеф говорит, что если книги будут иметь успех, это будет отличной рекламой его бизнесу. Не знаю, не знаю, лично я далек от того что кто-то станет читать все о чем я напишу. И вовсе не потому что писать мне придется о скучных вещах, нет. Как раз скучной мою жизнь, как и жизнь моего шефа, никак не назовешь. Сомневаюсь я именно в моем писательском таланте. Навряд ли у меня хвати словарного запаса и всего прочего, что нужно настоящему писателю, чтобы правильно и самое главное захватывающе описать нашу с ним жизнь. Но приказ есть приказ и поэтому я продолжаю.

Итак, я направился на кухню, чтобы приготовить боссу его завтрак. Готовлю я не очень хорошо, но на яичницу с беконом, пару тостов и чашку кофе моих кулинарных способностей хватает. Надо сказать, что шеф не всегда ведет такой разгульный образ жизни. Иногда у него наоборот бывают целые месяцы бездействия. И тогда он нанимает профессиональных поваров и прочую прислугу, а я в это время занимаюсь совершенно другими делами. Но сейчас шеф как раз был на пике своей активности, а держать восемьдесят восемь поваров, восемьдесят восемь дворецких и восемьдесят восемь уборщиков в постоянной готовности даже ему казалось дороговато. Он конечно миллионер, но деньги свои зарабатывал тяжелым трудом и иногда впадал в крайнюю скупость.