У него была идея - сюжет для новой книги (он сообщил Нине, что работает над ней уже порядком), и идея заключалась в том, что многие из совершавшихся тогда убийств на самом деле задумывались небольшой группой убийц-экстрасенсов (он назвал их “вампирами мозга”), которые использовали других людей для исполнения этих кошмарных деяний. Он сказал, что одно издательство, специализирующееся на массовых карманных книжках, уже проявило интерес к его заявке и готово заключить с ним контракт хоть сейчас, если он заменит название на “фактор зомби” и добавит немного секса.

- Ну и что? - спросил Вилли почти с отвращением. - И из-за этого ты заставила меня лететь через весь материк? Я бы и сам купил эту идею и сделал бы по ней фильм.

Мы воспользовались этим предлогом, чтобы хорошенько допросить этого Александра, как его бишь, когда Нина устроила на другой день экспромтом небольшую вечеринку. Меня там не было. Вечер прошел не очень удачно, по словам Нины, но он дал Вилли шанс как следует побеседовать с этим молодым многообещающим романистом. Писателишка выказал просто-таки суетливую готовность угодить Биллу Бордену, продюсеру “Парижских воспоминаний”, “Троих на качелях” и еще пары фильмов, которые память отказывалась удерживать, но которые тоже шли во всех открытых кинотеатрах тем летом. Оказалось, что “книга” представляет собой довольно затертую тетрадку с изложением идеи и десятком страниц заметок. Однако он был уверен, что за пять недель сумеет сделать развернутый конспект сценария, - может быть, даже за три недели, если его отправить в Голливуд, к источнику “истинного творческого вдохновения”.

Поздним вечером мы обсудили и такую возможность: Вилли просто покупает опцион на идею. Но у Вилли как раз было туго с наличностью, а Нина настаивала на решительных мерах. В конце концов молодой писатель вскрыл лезвием “Жиллет” бедренную артерию и выбежал с истошным воплем в узкий переулок Гринвич Виллидж, где и умер. Я уверена, что никто и не потрудился разобрать оставшиеся после него заметки и прочий хлам.