— Мама, иди посмотри, какая странная черепаха! У нее есть плавники!

Затем лицо исчезло, и остался только уголок неба, неизменного, застывшего.

— Господи! — снова беззвучно закричал он.- Ну сделай хоть что-нибудь, чтобы я умер, чтобы я умер!

И что-то темное, словно морская бездна, затопило его мозг, погасив остатки сознания.

Двое вошедших в комнату остались стоять по обе стороны стола, тогда как Бомон снова уселся в свое кресло. Вошедшие были одеты в черную форму личной охраны Бомона, но сохранили, учитывая обстоятельства, эмблемы прежней власти. У одного из них, кроме «Пегаса» космической инженерной службы, даже была видна красная стрела — знак принадлежности к группе космических пиротехников.

— Сожалею, господа,- сказал Бомон, переводя взгляд с одного экрана на другой,- но вы слишком поторопились с выводами. Решение, которое показалось вам единственно возможным, вполне доступно при современном состоянии биофизики, но у нас не было необходимости заходить так далеко и превращать обыкновенную черепаху в суперчерепаху, обладающую познаниями, необходимыми для разрушения Гаммы-южной. Гипноза и прямой записи оказалось вполне достаточно. Кроме этого, нейроны черепахи получили дозу дезоксирибонуклеиновой кислоты… Согласитесь, что это все же не так жестоко.- Он протянул руку к стоявшему справа от него офицеру, сохранявшему на лице серьезное и несколько отсутствующее выражение.-

Позвольте, однако, представить вам полковника Поля Чиагги, который, как я дал вам понять, завтра будет известен всей стране.- Он указал на второго офицера.- Полковник Хансен, которому было поручено… скажем, похитить полковника Чиагги в то время, когда он еще был лейтенантом на борту станции «Жорес».- Бомон улыбнулся. — С тех пор полковник Чиагги прекрасно разобрался в мотивах наших поступков и согласился с обоснованностью этой революции, в которой он сыграл одну из главных ролей.