— То, что сказал доктор — это правда? — спросил Баррет. — Насчет похожих случаев в округе?

— И не только здесь, но по всему Сиднею. Кто-то мне говорил, что это как чума — вспыхивает снова и снова. То крысы, то блохи… потом будут акулы в бухте и на океанских пляжах.

— Крысы хуже любых акул, — тихо проговорил он. — С акулами мы сами виноваты — не надо плавать в незащищенном месте. А эти подлые твари нападают на детей в кроватках…

— И не только на детей. Ты читал газеты?

— Не читал. В Тасмании местных газетенок не попадалось.

— На прошлой неделе искусали двух пожилых пенсионерок — точно так же, как бедного маленького Джимми Пурдома. Одну недалеко отсюда, вторую — в Мэнли. А еще нашли пьяного с разорванным горлом. Полиция считает, что это крысы.

— А еще собака, — почти прошептал он. — Мертвая собака на дороге, возле нашего дома.

— А я видела кота несколько дней назад. Мертвого. И тоже что-то с горлом.

Баррет жестко рассмеялся.

— Ну прямо как у Браунинга:

«Крысы —

Различных мастей, волосаты и лысы —

Врывались в амбар, в кладовую, в чулан,

Копченья, соленья съедали до крошки,

Вскрывали бочонок и сыпались в чан,

В живых ни одной не оставили кошки…»

— Собаки и коты вопиют о помощи, — отозвалась она.

— Но все это слишком серьезно, Джейн. Я сомневаюсь, что они в состоянии нападать на здоровых и трезвых взрослых — а угроза эпидемии? Завтра, когда буду возвращаться, принесу пару ловушек и яд. И, пожалуйста, следи повнимательнее, чтобы не скапливался мусор.

— Я всегда слежу.

Раздался резкий щелчок: Джейн выключила свет.

— Надеюсь, это были крысы, — неуверенно начал Баррет. — Ребенок Пурдомов, потом эта собака…

— Ты о чем, Тим?

— Ну… не знаю, как сказать. Мне показалось, я кое-что видел, когда мы возвращались от соседей — какое-то животное. Оно быстро прыгнуло в тень. Больше похоже на кенгуру. Небольшого кенгуру.