В лучшем случае мама шутила или лгала, в худшем – сошла с ума.

Если она послала письмо самой себе, то это объясняет, как оно попало в почтовый ящик без штампа. В конце концов, небольшое сумасшествие более вероятно, чем вселенная, содержащая в себе магию.

Но всё-таки какая-то часть Гарри была совершенно уверена в том, что магия существует. Это чувство возникло в тот самый момент, когда он увидел письмо из Хогвартса, Школы Чародейства и Волшебства.

Гарри потёр лоб, скривившись. Не верь своим мыслям, было написано в одной книге.

Но эта странная убеждённость… Он как будто знал заранее, что профессор из Хогвартса в самом деле появится на их пороге и сотворит настоящее волшебство. Эта убеждённость не пыталась защищаться, не искала заранее оправданий, если вдруг никакой профессор не придёт, а если и придёт, то сможет показать лишь фокус со сгибанием ложек.

Откуда ты взялось, странное маленькое предчувствие? Гарри крепко задумался. Почему я верю в то, во что я верю?

Обычно он достаточно быстро справлялся с этим вопросом, но сейчас у него не было никакой зацепки.

Гарри мысленно пожал плечами. Двери созданы, чтобы их открывали, а гипотезы – чтобы их проверяли.

Он взял лист разлинованной бумаги со стола и написал: «Заместителю директора».

Гарри остановился, собираясь с мыслями, потом взял другой лист и выдавил ещё один миллиметр графита из своего механического карандаша – писать следовало красиво.

«Заместителю директора Минерве МакГонагалл или другому уполномоченному лицу.

Недавно я получил от Вас пригласительное письмо в Хогвартс на имя мистера Г. Поттера. Вы можете не знать, что мои биологические родители, Джеймс Поттер и Лили Поттер (в девичестве Лили Эванс), мертвы. Я был усыновлён сестрой Лили, Петунией Эванс-Веррес, и её мужем, Майклом Веррес-Эванс.