Неплохо. Гарри удовлетворенно ухмыльнулся. Жаль — он был на пороге нового удивительного мира волшебства, и у него не было времени на новый удивительный мир богатства. Который, впрочем, по быстрой оценке Ферми, был в миллион раз менее интересен.

«Чтоб я ещё хоть раз стриг лужайку за какой-то вшивый фунт».

Гарри отвернулся от огромной кучи денег:

— Извините за вопрос, профессор МакГонагалл, но, насколько я понимаю, моим родителям не было и тридцати, когда они умерли. В волшебном мире это обычное количество золота, которое имеет молодая пара?

Если так, то чашка кофе, возможно, стоит 5000 фунтов. Правило номер один в экономике: нельзя есть деньги.

МакГонагалл покачала головой.

— Ваш отец был последним наследником старинного рода, мистер Поттер. Возможно также... — профессор засомневалась. — Полагаю, часть этих денег — награда за у... — МакГонагалл осеклась, — за победу над Сами-Знаете-Кем. Хотя, возможно, эти пожертвования ещё не собраны, мне точно неизвестно.

— Интересно, — медленно проговорил Гарри. — Значит, часть этих денег и в самом деле в некотором роде моя. То есть, заработана мной. В каком-то смысле. Наверное. Даже если я этого не помню. Значит, если я потрачу небольшую часть этих денег, то это не станет сильно тяготить мою совесть. Спокойно, профессор МакГонагалл!

— Мистер Поттер! Вы несовершеннолетний, поэтому вам разрешается брать лишь разумные суммы из…

— Я так и собираюсь! Я финансово благоразумен! Просто по пути в банк я видел некоторые товары, которые вполне можно включить в список разумных покупок взрослого человека.

Гарри столкнулся с МакГонагалл в молчаливом поединке взглядов.