Он двинулся вперед, и Нанфудл отступил, уронив миску с тушеным мясом на землю.

— Вы не скроетесь, ни один из вас, — заверил его Пуэнт, продолжая наступать. — Мои ноги достаточно длинны, чтобы догнать, а гнева достаточно, чтобы раздавить вас!

— В чем дело? — поинтересовалась Джесса, но Пуэнт остановил ее взглядом, полным ненависти.

— Вы все еще живы только потому, что знаете нечто, что должен знать я, — объяснил разъяренный дворф. — И если вы не скажете то, что я желаю узнать, то скоро познаете свою смерть!

Закончив объяснения, он указал на большой шип, венчающий его шлем. И Джесса невольно вспомнила, что не один орк дергался в агонии, наколотый на него.

— Пуэнт, нет! — завизжал Нанфудл, выставив руки перед собой, пытаясь остановить неумолимое приближение дворфа. — Ты не понимаешь!

— О, я понимаю больше, чем ты думаешь, — уверил его берсерк. — Я был в твоей мастерской, гном.

Нанфудл поднял руки:

— Я сказал королю Банаку, что уезжаю.

— Ты собирался уехать еще до того, как умер король Бренор, — обвинил его Пуэнт. — У тебя была сумка, упакованная для дороги.

— Ну да, я собирался…

— Ты все собрал и сложил в комнате, где варил яд для моего короля! — в бешенстве заорал Пуэнт, прыгая на Нанфудла, который был достаточно ловок, чтобы нырнуть за камень, избежав смертельных объятий Пуэнта.

— Тибблдорф, нет! — вопил Нанфудл.

Джесса собралась было вмешаться, но Пуэнт повернулся к ней, сжимая кулаки. Из латных перчаток выдвинулись похожие на когти шипы.

— Сколько ты заплатила этой крысе, ты, собачья задница? — требовательно спросил он.

Джесса благоразумно предпочла отступить, но, когда почувствовала спиной холод камня, ее поведение мгновенно переменилось — она шагнула навстречу Пуэнту, вытащив тонкую волшебную палочку.

— Еще один шаг… — предупредила она, прицеливаясь.