— Что это? — спросил один из гребцов, стоящий за моей спиной.

— Должно быть, они работали здесь около четверти часа, — ответил я.

— Серьезное повреждение?

— Цепь ослаблена.

— Что мы будем делать?

— Продолжать патрулировать, — ответил я.

* * *

— Ты слышал? — спросил один из моих спутников.

— Да, — ответил я.

— Это рыба?

— Думаю, это ныряльщики.

— Что ты делаешь? — спросил кто-то.

— Возвращайтесь за мной минут через пять; — ответил я.

Я положил на дно баркаса оружие в ножнах. Затем снял сандалии и тунику.

— Дайте мне нож, — попросил я.

— Возьми, — один из моих товарищей протянул мне его.

Я зажал нож между зубов и, перевалившись через борт, погрузился в воду. Баркас почти бесшумно, так как весла и уключины были тщательно укутаны в мех, отплыл прочь. Воды Воска были холодными и темными. Через несколько минут лодка вернулась и подобрала меня.

— Вот твой нож, — обратился я к тому, кто одолжил мне оружие.

— Это была рыба?

— Нет, — коротко ответил я.

— Нож липкий…

Я сплюнул в Воск.

— Вытри его.

— Сколько их было? — спросил еще кто-то.

— Двое, — сказал я, — они поторопились вернуться назад.

— Что будем делать?

— Вернемся на «Тину». Нам надо поспать. Завтра снова будет бой.

— Цепь повреждена? — поинтересовался кто-то.

— Да, — ответил я.

— Серьезные повреждения?

— Да.

— Такое может быть в сотне мест, — заметил один из моих товарищей.

— Я тоже так думаю, — согласился я.

— Тогда завтра, — неуверенно произнес кто-то, — цепь не выдержит.

— Не думаю, — возразил я.

— Может быть, нам следует уйти, пока мы можем…