Дюжина кораблей, пытающихся развернуться, маневрирующих, кружащихся, ударяющих друг друга, были заперты в ловушку около цепи.

Сотни людей оказались в воде. Сотни весел, как палки, были разбиты в столкновениях, в том числе и о корпуса своих же кораблей.

В воде плавали тяжелые ивовые щиты лучников, поломанные мачты, ошметки корабельной обшивки и куски весел. Речные чайки ныряли и скользили среди этих следов побоища, охотясь за рыбой.

— Отгребай! Перестроить линию! — приказал Каллимах.

Я увидел, как пиратская галера ушла под воду рядом с цепью.

— Отгребай! Перестроить линию! — повторил Каллимах.

Он не был глупцом. Он не пошел бы на риск открытого сражения, даже на равных условиях, с такими кораблями, как флот Воскджара.

— Нам повезло, — сказал кто-то.

— Да.

— Воскджар разозлится!

— Боюсь, ты прав.

— Но еще осталось время, чтобы удрать, — заметил первый.

Затем «Тина» с «Мирой» по правому борту и «Талендером» по левому выстроились в линию. Корабли Порт-Коса — оставшаяся «Таис» и с ней четыре других судна — встали на свое место на нашем правом фланге. Если бы не эти корабли, неизвестно, удалось ли бы нам добиться успеха. Они нанесли тяжелые потери врагу раньше, чем он сумел направить на них свой клин. Затем, когда застигнутый врасплох неожиданной атакой наших кораблей, принадлежащих независимым городам и базе Ара, враг повернулся, чтобы встретить нас, «Таис» и ее собратья возобновили атаку на его фланг. Я предполагал, что Воскджар мог потерять около тридцати своих кораблей. И все-таки теперь мы догадывались, что нам противостоят пятьдесят кораблей, поскольку цепь больше не препятствовала им с севера. Те корабли, которым мы так долго не давали присоединиться к врагу, сейчас усилили его мощь. Я с горечью подумал, что если бы Воскджар действительно имел всего около пятидесяти кораблей, как мы считали, полагаясь на секретные данные, предоставленные нам Каллистеном, то с двадцатью судами Каллистена, которые так еще и не появились, мы бы по численности превосходили врага.