Зрители слушали со вниманием. Сквозь толпу, как влага через фильтр,просачивались мальчишки и собирались у изгороди. Изгородь, а также дорога, ведущая к стартовой башне, были густо оцеплены милицией. И это была очень разумная мера.
День старта вообще был тяжел для милиции. Начальник Тушинского отделения, охрипший и распаренный, жаловался по телефону:
- Я бы, понимаешь, этих научно-фантастических авторов привлекал бы согласно Уголовного кодекса. Портят юношество, понимаешь. Что ни повесть, или роман, у них там обязательно заяц. На Марс ли, понимаешь, под воду, или там, как говорится, в недра Земли - везде у этих авторов заяц. Да еще к тому же и пионер. Для развлекательности, чтобы ей пусто было. И что мы теперь имеем по ведомости на сегодняшний день? С электропоездов, с самолетов, автомашин и прочего транспорта, прибывающего в Москву, снято зайцев - 18 650, при попытке проникнуть через загородку к ракете задержано 785 Одного, понимаешь, из дюзы вытащили. Лет 12, в коротеньких штанишках, в портфеле - компас, термос и две булочки. В космос, понимаешь, собрался "Ты, - говорю, - дурачок куда пoлeз? Ведь сгорел бы." Молчит, плачет. Просто бедствие.
Между тем в небольшом домике, на краю аэродрома, шли последние приготовления. В одной из комнат лежал, полузакрыв глаза, сам Андрей Петрович Ильин - невысокий, худощавый и черноволосый человек.
В комнату заглянул председатель стартовой комиссии. Ильин порывисто приподнялся.
- Что, пора?
- Нет еще, Андрей Петрович, лежите, голубчик.
- Да не могу я лежать. Загнали меня сюда врачи, уложили на койку и приказали не волноваться. Так хуже волнуешься. Что там делается? Атомное горючее загрузили?
- Скоро начнем загружать. Решили в последний раз осмотреть ракету.