- Вам холодно? - снова повернулся он к ней с участливой улыбкой. Музыка вам не мешает?

Она по-прежнему ничего не ответила, только все сильнее дрожала. Наконец, с трудом разжав зубы, проговорила еле слышным голосом:

- Он.., отравил... Альберт...

Услышав странную сбивчивую речь, водитель удивленно уставился на свою пассажирку. Она перестала дрожать, коротко судорожно вздохнула, прижала руку к груди и замерла, глядя прямо перед собой. В ее позе, неподвижном взгляде, в том, как неожиданно она перестала дрожать, было что-то настолько непонятное и пугающее, что по спине у мужчины побежали мурашки. Он сбросил скорость, подъехал к тротуару и затормозил. Поставив машину на ручник, прикоснулся к руке женщины.

- Что с вами? Вам плохо?

Она ничего не ответила, никак не прореагировала на прикосновение. Пугаясь собственного предположения, водитель обхватил пальцами тонкое запястье, чтобы найти пульс... Пульса не было.

Он осторожно прикоснулся к шее женщины, но и там не чувствовалось биения жизни. Женщина не дышала, ее широко открытые глаза утратили всякое выражение, руки быстро холодели.

Водитель откинулся на мягкое кожаное сиденье и длинно выругался, что было для него совершенно не характерно.

- Умерла! - проговорил он, выпустив руганью пар. - Нашла место! Ничего себе, подвез человека, проявил доброту! Правду говорят - ни одно доброе дело не остается безнаказанным!

- Ну елки-палки! - вконец расстроился водитель. - Ну что же это такое! Ехал себе ехал, никого не трогал.., и вдруг - на тебе!

Он раскрыл окно, потому что в машине вдруг стало нестерпимо жарко.

- От страха пот прошиб! - усмехнулся сам себе водитель, достал сигареты и задумался, пуская дым в окошко.

На свою неподвижную соседку он старался не глядеть.