— Вероятно, владельцы — диабетики, — мягко предположила жена.
— А здорово от тебя пахнет.
Фриборд тупо уставилась на лифтера. Тот пялился на нее, словно осененный внезапной догадкой.
— Персиковая пена для ванн, — бесстрастно пояснила она. Аромат исходил от ее шеи.
— И серьги премилые, — кивнул он.
— Спасибо.
— Эй, Эдди, остановись же, ради Бога! Сколько тебя ждать! — вопил взбешенный рабочий, колотя в дверь подъемника.
Но крошка лифтер как ни в чем не бывало отмахнулся:
— От вас, парни, воняет дерьмом! Несет, спасу нет! А со мной приличные люди! Загадите мне тут все!
— Ну, мать твою, Эдди, попадись только, за все заплатишь, — пригрозил работяга.
Пара из Хинсдейла квартиру одобрила. И тут случилось нечто из ряда вон выходящее: стоя у окна и дыша известковой пылью, рассеянно глядя при этом на моторную лодку, взбивавшую белую пену на мутной речной воде, Джоан Фриборд, неутомимый ловец фортуны, вот уже много лет непобедимый «Риэлтор года», совершила немыслимое.
Круто развернувшись к покупателям, она вдруг спросила:
— Уверены, что хотите жить в большом городе? Он такой уродливый, грязный и перенаселенный!
Иисусе, что это я несу?
Она снова посмотрела на моторку. Что-то в ней такое...
Джоан наморщила лоб. Что? Она не знала. Пора давать обратный ход.
— Как насчет кондоминиума в Гринвиче?
Непонятное ощущение преследовало ее, буквально не давая дышать.