Два сержанта вывалились из канареечного "газика" с криком:

- Стоять, ни с места, милиция!

Но увидев, какие черти забирают соседа, они с возгласом: "Ой-е!" - залегли за "газиком" и решили ждать подмогу.

Подмога не заставила ждать себя долго, и новоприбывшие с места в карьер открыли стрельбу.

Каким-то чудом один из них со второго выстрела попал в Ри Ка Рунга, и миламанам ничего не оставалось, как открыть ответный огонь из парализаторов.

Пока кричащего от боли Ри Ка Рунга, раненого в район бедра с внутренней стороны, тащили к катеру, группа прикрытия сумела положить с десяток бравых милиционеров и организованно отступила к транспортному средству.

Подоспевшие к шапочному разбору пожарные успели увидеть лишь еле заметную тень на фоне предрассветного неба.

Десантный отряд, успешно выполнив задание с минимальными потерями, возвращался к себе на корабль.

7

Просторная адаптационная камера была ярко освещена. Свет лился прямо с потолка, а стены имели приятный цвет, которому трудно было подобрать определение.

Так выглядели все стены, кроме одной, которая изнутри казалась зеркальной.

Снаружи она была прозрачной, и миламаны могли разглядывать своего пленника, как рыбку в аквариуме. Отлично виден был не только сам пленник, забившийся в угол, но и микробот, который лениво кружился вокруг его головы.

Учитель биологии Евгений Оскарович Неустроев тоже видел микробота и отмахивался от него, как от назойливой мухи. Но это было бесполезно - микробот все равно раз за разом находил способ его ужалить.

Жалил он практически безболезненно, но Евгений Оскарович боялся, что его отравят. Или усыпят, чтобы разрезать и посмотреть, что у него там внутри. А может и хуже того - превратят в мутанта или зомби. Черт его знает, что может быть на уме у этих пришельцев.