В предбаннике поставили четыре табуретки, на табуретках лежали аккуратно сложенные светло-серые комбинезоны, а внизу стояли высокие мокасины, похожие на военные берцы. Взяв мокасины в руки, Стас поразился их легкости. Не кожаные, определил он, синтетический материал какой-то.

 Семен рассмеялся, увидев, что на груди каждого комбеза была изображена птичка. На одном – воробей, на трех других – филин, сокол и орел.

 - И где здесь сокол, где орел? – озадачился Сокольский.

 - Вот ваша одежда, штаб-ротмистр, - поручик Орлов указал Прохору на изображение сокола. – Я до большевистской смуты соколиной охотой увлекался, у меня в поместье два ловчих сокола-балобана жили. Так что сокола от орла отличить могу.

 - Давай уже, одевайся, - буркнул Семен, - орел ты наш… стервятник. Э! – озадачился он вдруг, - а подштанники как же? Что, без исподнего это на себя напяливать?..

 - Да есть тут все, - сказал Стас. – Под комбезом плавки и майка лежат, ты посмотри.

 - Вот это что ли? – Воробьев с недоуменным видом растянул руками в стороны крошечные плавочки словно хотел их порвать. – Ничего себе труселя! Резиновые, не иначе. Да и не влезу я в них.

 - Влезешь, - хохотнул Филин. - Зато ничего болтаться не будет.

 Когда все оделись, опять появился Федор.

 - Теперь прошу к парикмахеру.

 - Налысо стричь будете? – с вызовом спросил Стас.

 - Почему налысо? – удивился Федор. – Просто я подумал, вдруг вы пожелаете освежить прическу.

 - Я недавно стригся. - Стас провел рукой по короткому влажному ежику волос. – Не успели еще отрасти.

 - Тогда побреетесь. – Федор взглянул на недельную щетину Стаса. - Наверное, брились в тот самый день, когда и стриглись?

 - Побриться можно, - согласно кивнул Стас.

 - Мне тоже вроде бы стричь нечего, - сказал Семен и ворчливо добавил: – Да и… неправильно это как-то – после бани стричься. Все нормальные люди сначала стригутся-бреются, а после в баню идут. Чтобы все волоски мелкие смыть… - и почесал затылок.