И Бочкин довольный своей находчивостью зашагал вниз. Краснобаев за ним.

– Товарищ генерал, – запричитал он, – как же я хижину буду строить? У меня ни инструментов плотницких, ни материала. Да и не плотник я, а летчик.

– Ты русский солдат, Краснобаев. В первую очередь русский солдат. А русский солдат, как известно кашу из топора, если надо, сварит. Понимаешь? А ты хижину простую не можешь сделать. Неужели ты хочешь, чтобы я, генерал, за тебя все делать стал?

Так укорял Бочкин Краснобаева, когда они шли обратно к самолету. Спускаться было легче, чем подниматься, да и местность уже была знакомая, даже козы стали казаться им своими.

– Ты корову когда-нибудь доил? – задумчиво спросил Краснобаева Бочкин.

– Никогда!

– Придется научиться. Я козье молоко очень уважаю. В нем витаминов очень много. А мне в мои годы без витаминов нельзя.

Бедный Иван Иванович только вздохнул, да посмотрел на огромного рогатого козла, который стоял около стада коз и злобно и подозрительно смотрел на людей. Позволит ли такой подойти к своим козам? Ой, ли!

Добрались они до джунглей, и Бочкин стал искать эскалатор, чтобы спуститься к самолету.

– Где же он? – воскликнул он. – Ведь был же здесь! И кнопки нет, чтобы вызвать. Ты не видишь кнопку, Краснобаев?

– Никак нет.

– Безобразие! – возмутился Бочкин. – Я пешком не пойду. Я очень устал.

И он внимательно посмотрел на Краснобаева.

Иван Иванович побледнел. Он подумал, что Бочкин сейчас ему прикажет нести его на себе, а он, Краснобаев хоть и не хилый, а очень даже мускулистый молодой человек, его ни за что не поднимет, такого толстяка. Это какой же позор будет! Да так он и МИГ-29 никогда не получит.

Но тут на его счастье что-то в кустах хрустнуло, и генерал обернулся и увидел знакомую тропинку. Это гигантская анаконда вернулась на прежнее место, чтобы отдохнуть, поспать и погреться на солнышке.