– Мама родная! – запричитал он. – Да что же это такое делается? И почему именно тогда, когда у меня в салоне товарищ генерал? Позор какой!

И он повел самолет на третий разгон.

А на аэродроме столпились летчики, техники, диспетчеры и смотрели, как не может взлететь неуклюжий АН-2.

– Что, опять наш генерал в штаб округа отправился? – пересмеивались они между собой. – А кто за штурвалом? Краснобаев? Это новенький что ли? Тот самый, который дел натворил с секретными удобрениями? Ну-ну! Вот бедолага. Еще ни одному не удалось нашего генерала в воздух поднять после того, как он пообедал. Опять он ремень не может пристегнуть, сердешный наш. Ну все, конец Краснобаеву. Не поднимет он его в третий раз, погонит его генерал с нашей базы.

Вот какая опасность нависла над нашим героем. А генерал Бочкин глянул в иллюминатор и с удивлением обнаружил, что самолет все еще не в воздухе. Его усы сразу гневно подскочили вверх.

– Что это такое? – воскликнул он. – Почему мы до сих пор не в воздухе? Эх, Краснобаев, разочаровал ты меня. Не оправдал надежд. Придется списать тебя на землю.

И он пошел к кабине, чтобы отдать приказ пилоту остановить самолет. И тут вдруг у самой кабины он увидел кресло с очень длинным пристяжным ремнем.

– О, вот это мне кажется подойдет! – радостно воскликнул генерал и прыгнул в кресло.

Как раз за несколько секунд до этого самолет Краснобаева поднялся в воздух на несколько метров и стремительно полетел вверх. И когда генерал прыгнул в кресло, самолет тоже опустился вниз, и чуть было не ударился о землю носом. Краснобаев в последний момент выровнял машину и полетел дальше.

– Смотри-ка ты, взлетел! – удивились все, кто был внизу. – Молодец Краснобаев. Все-таки взлетел. Это тебе не с жуками воевать. Выйдет из парня толк!

А генерал Бочкин радостно пристегнул ремень, и вдруг вспомнил, что забыл на самом первом месте свою фуражку и страшно расстроился. Что он за генерал без фуражки? Вовсе и не генерал даже, а так какое-то недоразумение. Пощупал он свою начинающую лысеть голову и почувствовал себя голым.