Кирилл отстегнул от пояса шлем и подложил под голову. Прикрыл глаза. И понял чего не хватает — пения птиц. Находись они сейчас на Земле или на Марсе, с высоты бы заливался жаворонок. И стрекотали кузнечики.

Слева послышались шаги. Кирилл открыл глаза и повернул голову. Рядом устраивалась Ксанка. Тут же появился и Спиря, для которого быть возле Ксанки было важнее, чем демонстрировать свои познания необразованным азиатам.

— Я познакомился, — сказал он. — Этого "рабалета" зовут Фарат Шакирянов. Он из Казани.

— Вот странно, — хмыкнула метелка. — Лагерь почему-то открыт всем ветрам. Все как на ладони… Неужели было трудно оборудовать Периметр, как у нас в "Ледовом раю"?

Кирилл тоже хмыкнул: Ксанку занимали те же самые мысли, что и его самого.

— Теперь уже не у нас, — заметил он. — Теперь у них в "Ледовом раю". И не дураки, надо думать, тут воюют. Наверное, есть какая-то причина.

Он снова прикрыл глаза.

Война была ужасно далеко, на другом конце планеты. И совсем в другом времени. А может даже, и не этом мире…

— Удивительная тишина, — сказал кто-то за спиной Кирилла.

Голос снова был незнакомым, но Кириллу было лень поворачиваться.

— Да, — согласился другой, тоже незнакомый голос. — И база кажется какой-то опустевшей.

— Райком закрыт, — объявил Спиря. — Все ушли на фронт.

Без трындежа он не мог.

— Концовку я поняла. — Ксанка сорвала травинку и принялась покусывать ее. — А вот что такое "райком"?

— Термин из двадцатого века. — Артем принялся воодушевленно объяснять Ксанке, что такое "райком".

Кирилл не стал его слушать.

Над крышей строения, расположенного по другую сторону плаца, вдруг обнаружилась триконка: