- Ваш запас чудес, надеюсь, исчерпан? - обернулся Смолин.

- Увы! - Юрков сокрушенно развел руками.

- Дом не преобразуется в мельницу или в дракона?

Юрков каверзно улыбнулся.

- Если вы так настаиваете...

- Что, что?

- Нет, нет, я пошутил. Работы по отдаленной гибридизации не вышли из стадии теории.

- Уф! - Смолин тяжело опустился в кресло. - Послушайте, дорогой прогрессист... Не чересчур ли? Какая еще гибридизация? Чего с чем?

- Дома с реалетом. Ведь у всякого дела должна быть перспектива, не так ли? Карманный домолет, чем плохо?

- Просто замечательно, - в сердцах сказал Смолин. - Мне как раз не хватало маленького летающего домика. Вот что: нет ли у вас простой избушки?

- Избушки? Ах, это! Такая древняя, из бревен, на курьих ножках? Как же, как же: такой эмбриоэскиз разрабатывается. Рубленые стены, наличники, опоры с поворотными осями, специально для любителей сельской старины очень, очень романтично!

- Довольно! - взревел Смолин. - Еще слово, и я такое закачу в отчете... Хочу просто, скучно пожить в вашем идеальном, без выкрутасов, домике.

- То-то же, - усмехнулся Юрков. - Сейчас принесу ваши вещи.

- Зачем? Я сам.

- Нет, уж позвольте. Устроить вас - моя обязанность.

Опережая Смолина, он скользнул за дверь. Пожав плечами, Смолин остался в кресле.

Его охватило молчание дома. Оно стояло в нем, как вода. Ни звука, ни колебания, полная, как в зачарованном замке, неподвижность.

Не совсем, впрочем. Косые лучи солнца высвечивали пылинки, и можно было заметить, что стены притягивают к себе этот светлый порхающий рой. Дом давал о себе знать, он был спереди, сзади, он всюду присутствовал как незримый, бесстрастный, угодливый слуга. У Смолина напряглись мышцы плеч, затылка. Только сейчас до его чувств дошло, что он находится не просто в стенах, а внутри организма, который дышит, присматривает, живет своей скрытой жизнью.