- То есть вы и другие случаи допускаете?

- Да ничего я не допускаю. Я вообще говорю.

Я подозревал какую-то махинацию. Я боялся.

- Я все-таки не понимаю, Влад Яныч. Почему именно мне и почему за такую глупую сумму?

Влад Яныч состроил философскую мину и фальшиво проговорил:

- А что сейчас не глупо, Володя? Да вы посмотримте в окно!

Я посмотрел в окно. Проехала машина. Жигули.

- У меня такое впечатление, Влад Яныч, что вы просто хотите от этой книги избавиться. Как Бальзак от шагреневой кожи.

- Не Бальзак, а старьевщик у Бальзака, - быстро успокаиваясь, автоматически поправил Влад Яныч. - И потом, причем тут Бальзак? Разве вы не понимаете, что значит появление этой книги? Сейчас, здесь.

Я не понимал.

- Неужели не понимаете?

- Так вы объясните. Может, пойму, чего не случается. Вы по- простому мне объясните.

Это было ниже его достоинства.

- Нет уж. Хотите - берите, а нет, так я другому продам.

- Да я уж взял, кажется. Я только понять хочу.

- Да, су мерсед, я вас слушаю.

Влад Яныч на глазах веселел.

- Я спросить вас хочу. Только спросить. Не бойтесь, что я вам... вашу книжку верну.

Я вдруг поймал себя на том, что чуть не сказал вместо слова "книжка" куда более интимное и собственническое "Георгес"

- Ну так н-да?

Я собрался с мыслями.

- Влад Яныч. Мы с вами не первый год знакомы. И давно прошел тот период, когда вы могли всучить мне, глупцу с вашей точки зрения (это я так, для пущей скандальности, выразился - "с вашей точки зрения". Чтоб побольней его ущучить. По-моему ничего. Я тоже не всегда сахар. Что не по мне - так и взбрыкнуть могу), всякую дребедень, лишь бы отстал. Мы с вами... Вы для меня... Но сейчас вы опять... в смысле, я же вижу, Влад Яныч, я же прекрасно по вашим глазам вижу, что вы через меня хотите от какой-то залежалости избавиться.