Неглупый мальчик Ификл, увидев змей, заорал как резаный и бросился по мере младенческих сил бежать. Не успевший же ретироваться Геракл был вынужден вступить в неравный бой с ядовитыми тварями. То ли гады оказались неповоротливыми и недооценили противника, то ли младенец был уже не по годам шустрый. Но когда Амфитрион, разбуженный криком Ификла, в трусах и с мечом вбежал в комнату, обе змеюки были уже задушены не по-младенчески уверенной рукой.

— Чисто Рики-Тики-Тави какой, — почесал затылок Амфитрион и пошел к Тиресию посоветоваться за амфорой афинского полусладкого.

Это было по-настоящему мудрое решение, и обвинять папу героя в чрезмерной тяге к бутылке было бы поспешно. Дай Бог каждому из нас такого соседа-советчика, как Амфитриону. Жившего в стране, где с каждого второго можно было писать роман, Тиресия даже на этом неслабом фоне можно смело назвать человеком непростой судьбы. А по части борьбы с пресмыкающимися он вообще был самый большой специалист Греции, поскольку в молодости очень настрадался от этих ползучих гадов.

Еще подростком он увидел как-то на дороге двух змей и исключительно из естествоиспытательского интереса, желая узнать, мальчик это или девочка и в чем собственно разница, прибил одну палкой. Змея оказалась самкой, но это Тиресия уже не интересовало, поскольку по непонятной причине в момент рокового удара он превратился в женщину. И вопрос: «Почему самкой оказался он сам?» — занимал парня (девушку?) уже гораздо больше всех змеиных проблем.

Следующие семь лет жизни он посвятил охоте на змей в надежде, что среди жертв окажется тот самый самец, сумевший в суматохе нырнуть в кусты. Тиресий предполагал, что, возможно, повторное убийство позволит ему вернуться к традиционной сексуальной ориентации. Убитых змей он сдавал в китайские рестораны, и, если бы не постоянные домогательства желтолицых владельцев этих заведений, бизнес можно было бы считать весьма успешным.

В конце концов, немногочисленные оставшиеся в живых греческие гады сами приволокли к Тиресию упирающегося искомого змея. Отработанный годами удар — и после очередной операции по смене пола мужчина-женщина-мужчина восстановил, наконец, долгожданный статус-кво.