— Нужно убить Зентела! — выпалил Кеаль, так и не дождавшись никакой реакции.

— Продолжай, — медленно произнес Арес.

Черты его лицо слегка смягчились. Виктор уже давно заметил, что любое упоминание смертоубийства улучшает настроение бога войны.

— Если Зентел умрет так, как надо, то я смогу внести смуту в ряды демонов. — Глаза Кеаля засверкали в предвкушении столь замечательного происшествия. — У него ведь есть и противники, и союзники. Я свалю убийство кое на кого — и не пройдет и пары недель, как вся эта свора вцепится друг другу в глотки. И тогда-то ничто не остановит ни тебя, ни меня! Это будет легко, если все сделать правильно. В среде демонов, тех, кто ничего не получил при переделе могущества после гибели богов, у меня еще осталось немало друзей. Смерть Зентела позволит использовать даже их.

Арес заскользил по шлифованному каменному полу. Его фигура отбрасывала скудную тень на серые с черными прожилками плиты. Хотя полуденное солнце старалось вовсю: лучи проникали через узкое окно крепости и играли в пятнашки, перескакивая от пола к блестящей мантии Виктора и обратно.

Бог войны подошел к Кеалю почти вплотную. Борода на грозном лице слегка встопорщилась, а глаза смотрели цепко.

— И как его нужно убить, чтобы все получилось? — Вопрос был задан подчеркнуто неспешно.

— С помощью нашего друга — доброго Ролта, — широко улыбнулся Кеаль.

Виктор поперхнулся. Он покраснел, его глаза выпучились, грудь скрутил кашель, и было непонятно, чем все это вызвано — случаем или возмущением вкупе с разочарованием от жестокого обмана Кеаля.

— Да я… я не смогу! Разве я смогу убить бога?! — Антипов заговорил с трудом, запинаясь, пытаясь изо всех сил избавиться от новой и самоубийственной работенки. — Ну, не бога, а полубога! Тьфу, что я говорю… Даже демона не смогу убить!

Арес смерил внимательным взглядом своего жреца и вновь обернулся к Кеалю.