Как правило, именно в такие моменты, когда находишься далеко от дома, окруженный людьми, которые понятия не имеют о твоих прошлых заслугах, данная проблема вдруг начинает волновать более всех остальных. Итак, если отец у него Эрик Крутой, а Кевин — просто принц Кевин, следует ли думать, что Кевин не крутой? Молодому человеку почти нереально смириться с мыслью, что его отец круче его самого. Пап не для того придумали.

— Кевин Хороший, — пробормотал принц себе под нос. — Нет, не звучит. Кевин Плохой? Это как раз хорошо. А вот Кевин Милый, пожалуй, отвратительнее всего.

— Прошу прощения, сир? — переспросил камердинер.

— Знойные красотки не жалуют милых ребят, — пояснил Кевин. — Они считают их скучными. А плохие парни девушкам нравятся. Они находят плохих парней восхитительными.

— Да, сир.

Принц Рассендский старательно поправил манжеты, смахнув воображаемую пылинку с кружев. Выражение его лица, когда он посмотрел в зеркало, слегка отдавало самодовольством. Русые волосы спадали на тщательно накрахмаленные складки воротника и рассыпались по плечам. Сильные руки одернули атласный камзол на твердом плоском животе. Темная ткань брюк мягко облегала длинные стройные ноги, закрывала начищенную до блеска черную телячью кожу сапог, обрываясь прямо над узорными серебряными шпорами. Его высочество представлял собой весьма эффектную фигуру и прекрасно об этом знал.

— Дипломатическую перевязь, сир? В зеркале позади принца возник камердинер с куском сложенного шелка.

Кевин, обдумывая предложение, плотно намотал на палец прядку своих русых волос и позволил ей упасть на лоб.

— Не думаю, Уинслоу. От этого все мероприятие приобретет слишком уж откровенный характер сделки.

— Но ведь это и будет брак по расчету.

— Да, но разве прилично тыкать девушку носом в этот прозаический факт? Лучше уж сохранять ореол романтики, сколь бы призрачной она ни казалась. — Заметив промелькнувшую по лику камердинера тень, принц отвернулся от зеркала. — Ты не согласен?