С проворством, вроде бы несовместимым с его размерами, дорадо вонзился в горячий восходящий поток, потом развернулся, уронив одно крыло на несколько сот метров, а в следующее мгновение снова ворвался в поток, расправив крылья, чтобы вместе с горячим воздухом стремительно рвануться вверх.
Огромное туловище то сжималось, как шарик, то снова разбухало, хватая облачка с такой прытью, что у меня от этого зрелища пересохло во рту, а горло перехватил спазм.
Дорадо был огромен, но при этом состоял из множества мелких существ. Подобно медузе «португальский кораблик», он был колонией примитивных созданий. Вспомнив эту странность, я вспомнил и сопутствующую подробность: чтобы совершать такие стремительные движения, он должен быть густо пронизан нервными волокнами.
А при следующей вспышке молнии дорадо показался блеклым и гладким…
Откуда-то донесся тихий мужской голос. Родни спокойно сообщал зрителям:
— Включаю двигатели и рву когти!
Эти деловитые, неподобающие моменту слова были тут же заглушены ревом, и на ближних ко мне экранах дорадо за мгновение вырос до невероятных размеров.
— Проклятие! — сказал Родни, на сей раз не так спокойно. Секунда — и он в ярости, все равно не соответствующей разворачивающейся у нас перед глазами трагедии, добавил: — Реактор не действует.
Блондиночка издала нечеловеческий визг.
Долго еще, удивляясь самому себе, я стоял в глупой озадаченности, почему ничего больше не вижу, хотя должен видеть все, и почему этот великолепный дорадо, наблюдаемый теперь с большой высоты, выглядит таким одиноким.
Красота осталась в одиночестве. Больше ничто не порхало с ним рядом в безумном воздушном океане.
* * *— Он еще жив, — сказал кто-то, кажется, Гром. Сказал удивленно, с сомнением, сопровождая эти простые слова скрипучим дыханием. — Корабль у чудища в брюхе. Видите?
Гром обращался не ко мне, и я глядел не на него. Я снова и снова прокручивал момент заглатывания — с разных точек, применяя разные скорости воспроизведения. Родни снова и снова закладывал последний вираж и исчезал в чудовищной пасти вместе с флаером, отбросившим правое крылышко.