То, что произошло дальше, совершенно ошеломило его потому, что Айрис бесшумно скользнула к двери и с молниеносной быстротой выхватила из подмышки здоровенный, сверкающий полированным хромом, пистолет и, держа его вертикально двумя руками, замерла, прислушиваясь. Олег отнесся к действиям Айрис совершенно спокойно и даже безразлично, в то время, как Михалыча прямо-таки заколотило и он, бросившись к двери, стал мягко оттеснять девушку подальше от нее, говоря негромким, но весьма взволнованным голосом:

— Айрис, успокойтесь, Бога ради, это моя соседка, Лариса Ивановна, она за молоком собралась…

Приоткрыв дверь, Михалыч, словно извиняясь за поведение своей гостьи, которую его соседка увидеть никак не могла, вежливо поздоровался с той и предупредил пожилую женщину, которая экономии ради, отправлялась ни свет, ни заря, не смотря на мороз, за дешевым разливным молоком:

— Доброе утро, Лариса Ивановна, а лифт-то у нас опять не работает, но если вы, все-таки, пойдете за молоком, то не закрывайте пожалуйста дверь, ко мне друзья приехали из Питера, они скоро поднимутся.

Послышалось недовольное ворчанье пожилой женщины, рассерженной неприятным известием, которое, однако, так и не переросло в какую-нибудь склоку. Соседка просто отметилась словесно, словно медведь или тигр на своей охотничьей территории, и неспешно прошествовала к выходу, оглушительно гремя своим бидоном. Вот этого Михалыч терпеть не мог, но, поскольку, он прекрасно понимал чувства своих соседей, которые были недовольны тем, что рядом с ними поселились сразу двое "новых русских", прощал им такие демарши. Он даже не раз, по такому поводу, одергивал соседа, который пытался горлом отстоять свои гражданские права.

Со своими соседями, Михалыч поддерживал ровные отношения, но при этом не стремился сдружиться и сблизиться, считая, что вполне хватит и того, что он не никогда не участвовал во всех их ссорах и разборках иначе, чем в качестве нейтрального арбитра. Прикрыв дверь, но не закрывая ее на ключ, он повернулся к своим гостям. Айрис уже спрятала пистолет и, кажется, ожидала распоряжений, а Олег стоял посмеиваясь. Он немедленно стал приглашать их пройти в зал, но его друг дал девушке совершенно иное указание, которое однозначно говорило о том, что они не только давно и близко знакомы, но и, судя по всему, находятся в некотором семейном родстве: