– ...Клыки мы решили сделать из фарфора. Дело в том, что слоновая кость желтовата. Но это не обычный фарфор, а очень высокого качества.

– Есть у меня документы, есть. Вот, взгляните. И прописку посмотрите. Я в нашем городе и в блокаду жила... Внучка, понимаете, в институт поступила. Поживет у меня, пока общежитие построят. Мне сынок и денег прислал, чтоб диван купить.

– Знаем мы таких блокадниц! Почем очередь продаешь? Из-за вас, пенсионеров...

– Хватит! – крикнул Никифор, поднявшись с корточек. – Хватит, говорю. Устроили базар. Как ваша фамилия? – спросил у стоящей перед ним старушки.

– Сильвестина Янковская. Вот мой паспорт. Никифор встряхнулся, отгоняя дрему.

– Силь... Сильвестина? – Никифор растерянно глянул на старушку, перелистнул тетрадку. – Разве есть такое имя?

– Да вы загляните в паспорт, – улыбнулась старушка.

– Так... Ладно. Сильвестина Янковская, ваша очередь...

– Не имеешь права, – многоголосо рявкнула толпа.

– А вы и у него национальность спросите!

– А чего спрашивать? Эти сволочи горой друг за друга. Я вчера за колготками стояла...

Кто-то вырвал из рук Никифора тетрадку, толкнул от двери, ударил в спину...

Поднявшись с асфальта, он отряхнулся, потер ушибленное место и пошел прочь от мебельного магазина.

Услышав скрип тормозов, остановился.

– Господин Пастухов?.. Госпожа просила передать вам, что обстоятельства вынудили ее срочно вылететь на Гавайские острова. Она решила несколько месяцев пожить на вилле, принадлежащей ее матери.

– Скатертью дорожка, – проворчал Никифор, доставая из кармана кулек с окурками. Выбрал какой посолиднее и закурил.

– Господин что-то сказал?

– Я сказал, чтоб вы срочно взяли мой личный самолет и отвезли госпоже ящик хозяйственного мыла.

– Зачем госпоже столько мыла? Господин пошутил?

– Это русское мыло. Разве на Гавайских островах есть такое?.. А теперь вези меня на мою виллу. Может, госпожа передумала лететь на Гавайские острова.