Океан и суша обмениваются ветрами. Вот уже миллиарды лет они обмениваются ветрами, и нет между ними спокойных, безветренных отношений. Суша уже потеплела, а океан еще холоден: и дуют ветры с океана на сушу. А когда океан потеплеет — суша остынет: и дуют ветры с суши на океан.

Им бы одновременно потеплеть, и сразу б на Земле стало спокойно. Не дули б ветры. Не собирались бы над Землей облака. Не лили б на Землю дожди, и реки не текли б в океан. Ничего б не росло — ни на суше, ни в океане. Ничто б не ходило, не летало, не плавало…

А так — и летает, и ходит, и плавает, и растет. Потому что реки текут и орошают Землю дожди, потому что собираются облака, потому что дуют ветры с океана на сушу и с суши на океан, потому что нет на Земле спокойных, безветренных отношений.

Правда, и на Земле встречаются пустынные места: например, пустыня Сахара. Но оказывается, что и она не такая сухая, какой сверху кажется, если ее поглубже копнуть. Если Сахару поглубже копнуть (примерно до двух с половиной километров), то под ней обнаружится море. Такое большое, как вместе взятые Черное, Белое и Красное моря, — и все это зарыто на такой глубине. Для чего, спрашивается? Зачем эта внешняя сухость, когда внутри у тебя моря? Чтобы казаться неприступней? Но зачем? Ведь даже те, у кого в глубине пустыня, стараются этого не показывать. А у Сахары такое богатство, и она его скрывает от глаз.

Недавно в науке прошел слух, что Сахара движется к Атлантическому океану. То ли для того, чтобы самой ороситься, то ли для того, чтоб осушить океан. Пока еще трудно понять: зачем Сахара движется к океану? Может, она хочет поделиться с ним теплом? В таком случае ей пригодился бы опыт Эль-Нино, теплого океанского течения.

Когда у берегов Южной Америки появляется теплое течение Эль-Нино, в море все умирает, а на побережье обрушиваются шквальные ветры и проливные дожди. Гибнут птицы, рушатся дома, люди остаются без крова — и все это лишь потому, что у берегов появилось теплое течение. Только потому, что оно принесло им тепло.