«Интересно, – думал Квиллер, – зачем эта женщина звонит мне?» Крошечная пауза заставила Амберину перейти к делу.

– Мэри, уезжая по делам, попросила меня вам позвонить. У неё к вам есть предложение.

– Выкладывайте!

– Вы помните огромное белое многоквартирное здание, которое называется "Касабланка"? Малость обшарпанное, но всё равно классное.

– Да, припоминаю.

– Такое высокое, между Хламтауном и отреставрированным районом, где сейчас вовсю строят новые высотные башни под офисы и квартиры?

– Ага, теперь я понял, о чём речь.

Так вот, кое-кто собирается его снести, а это преступление! Здание по-настоящему уникально, и как построено! К тому же оно является исторической достопримечательностью. В Хламтауне уже сформировалась общественная команда под названием "НОСОК", то есть Не Отдадим, Спасем Общественное достояние, "Касабланку", – не очень красиво, зато верно.

– А финансы у НОСКа имеются? – язвительно спросил Квиллер.

– Практически нет. Поэтому я вам и звоню.

– Что же вы предлагаете?

Амберина сделала глубокий вдох.

– «Касабланка» – лучшее место в городе. НОСОК хочет, чтобы вы купили здание и отреставрировали его… Фу-у! Вот и сказала! Это было непросто.

Теперь настала очередь Квиллера сделать глубокий вдох.

– Э, э, Амберина, секундочку. Позвольте вам кое-что пояснить. Я не финансист, я не занимаюсь бизнесом. Это не моя область. Потому-то я и создал Фонд К., куда отдал все деньги. – На самом деле Квиллер только сделал предложение фонду, но распространяться на этот счёт он не собирался.

– Мистер Квиллер, мы не забыли того, что вы сделали для Хламтауна. Ваши статьи о нём в "Дневном прибое" пробудили наше сознание и вернули квартал к жизни.

Он пригладил усы, вспомнив примечательную зиму, которую провел в этом трущобном районе.

– Должен признать, что Хламтаун научил меня ценить и сохранять старину, вот почему теоретически я приветствую ваше начинание, хотя и не очень понимаю, насколько оно осуществимо.