– Невероятно, – невольно произнес Онодэра, глядя на быстро убегающую назад темную воду.

– Что? – спросил Юкинага, тщетно пытаясь прикурить на ветру.

– Да так… Чего только нет внизу, по нашему курсу…

– А-а, – кивнул Юкинага, смяв и бросив за борт намокшую от брызг сигарету. – Действительно… Я тоже сейчас думал именно об этом.

– Словно в романе Кунио Янагиды «Шоссе на море» – Онодэра ловко помог Юкинаге закурить новую сигарету. – Здесь над вулканическим поясом как будто скоростное шоссе протянулось. Именно по нему «дьяволы» в древних хрониках, надо думать, микронезийцы, попадали в Японию, подгоняемые южными ветрами и быстрым течением Куросио.

– Н-да, – сказал Юкинага, с удовольствием затягиваясь. – Тихоокеанское шоссе – неплохо.

Они засмеялись.

– Между прочим, ничего смешного тут нет! – неожиданно раздался низкий голос. Скрестив на груди волосатые руки, возле них стоял неизвестно когда появившийся на палубе профессор Тадокоро. – Я считаю, что и люди, и растения, и кораллы – все ведут себя одинаково. Обнаружив какой-нибудь выступ, сразу же цепляются за него. Да и жизнь, скорее всего, так и возникла. Возможно, высокомолекулярные частицы коллоида зацепились за неровности молекулярного уровня, закрепились и благодаря этому образовалась первая сложная белковая молекула.

– Гипотеза вполне в вашем стиле, профессор, – засмеялся Юкинага.

– А смеяться-то нечего! Послушай, тебя, кажется, зовут Онодэра? А ты как думаешь? Какая разница, скажем, между скелетом, образующимся вследствие закрепления углекислого кальция, возникновением коралловых рифов и созданными человеком городами из железобетона?

– Н-да, интересно… – Онодэра серьезно кивнул. – Если встать на такую точку зрения, то получается, что эволюция человека и все его деяния в прошлом и будущем уже запечатлены на страницах четырехмиллиардолетней истории земной жизни.