– Простите, что опять перебиваю вас. Вы тогда измерили глубину?

– Измерили. Прямо под судном было семьсот метров. Но, оказалось, что нас отнесло от места якорной стоянки километра на два. Правда, мы это выяснили уже после, – сказал Ямамото и вдруг, страшно смутившись, спросил:

– Э-э, мне присесть можно будет?

– Ну, конечно, – молодой специалист пододвинул к нему стул. – Да и они пусть сядут, скажите им.

Ямамото сказал что-то по-канакски. Трое топтавшихся у дверей канаков, неуклюже двигаясь, уселись на скамейку. Молодые, не мигая, уставились на пепельницу, полную недокуренных сигарет.

Онодэра вынул из кармана пачку и протянул им. Молодые люди улыбнулись ему и взяли сигареты. Их черные, словно отполированные тела распространяли запах соли, солнца и рыбы, ощущался и легкий аромат бетеля.

– Потом, – Ямамото вытащил из нагрудного кармана помятую сигарету и сунул ее в рот. Он протянул было руку к спичкам на столе, но молодой человек из Управления по науке и технике поднес ему свою газовую зажигалку. – Премного благодарен! Да, удивились мы все – это надо же, остров пропал! Капитан говорит, что такое он первый раз слышит, а штурвальный как даст ходу прямиком на юг. Двигатель уже исправили, так что понеслись мы быстро. Все время, конечно, эхолотом измеряли глубину. Не прошло и пятнадцати минут, как штурвальный кричит: «Капитан! Нашелся остров-то! Море все время мельчает! Сейчас глубина пятьдесят метров». «Такие мели в этих местах встречаются», – не уступает капитан. «А вы капитан, идите сюда, посмотрите на показания эхолота». Тут штурвальный изменил курс градусов на десять к западу и на четвертой скорости, а затем на тихом ходу повел судно с особой осторожностью.