-- Брось! Мы тебя не тронем. А так -- в пепел, и все дела!

  Тогда юмон выстрелил: из ствола вылетели белесо-голубоватые шары. Признаться, это оказалось не самый приятным в жизни опытом. Лично у меня сразу схватило живот. Что почувствовал Леха, не знаю. Он тряс головой. Несомненно, одно, на Марсе планшетник срабатывал не так, как на Земле. На Земле нас юмон вообще не разглядел бы. В воздухе появился запах ночной фиалки. Так могло пахнуть только после выстрела глушителя мыслей, то есть нейтрализатора.

  Поняв, что с нами ничего не произошло, юмон бросил оружие и задрал руки.

  -- Кретин! - выругался Леха, опускаясь на землю. - У меня теперь в ухе звенит.

  -- В правом? - наивно осведомился юмон.

  Его рожки просвечивали, как две мозоли. И вообще, внешность юмона была хорошо подобрана под северного человека -- то есть белобрысый, с невзрачным лицом и светлыми глазами.

  -- Ошибся, в левом.

  -- Значит, счастья не будет, -- спокойно заметил юмон.

  -- Ты смотри, он еще и с юмором! - воскликнул Леха, с возмущение оглядываясь на меня.

  Мне было не до проявления чувств - я корчился от спазмов в кишечнике. К тому же я не успел предупредить Леху, что с юмонами так не разговаривают. Дело в том, что юмоны были точной копией человека - как физически, так и психологически. И кто знает, обидчив это экземпляр или нет. Существовало даже понятие "сегрегация нелюдей". Но кажется, этот юмон действительно был с юмором, потому что снисходительно улыбнулся и продемонстрировал руки - мол, больше оружия нет.

  -- Руки опусти и пошли! -- скомандовал Леха.

  Мы привели его к складу, юркнули внутрь и через мгновение предстали перед юмоном в натуральном виде.

  -- Тебя как зовут? - спросил я, держась за живот.

  -- Дуракон сорок пять, -- скромно представился юмон.