В промежутках прораб и заместитель возились с вешками и картой. Пиблз проводил техосмотр, а в свободное время собирал свою мастерскую, чинил системы охлаждения, перезаряжал батареи. Операторы сами заправляли свои машины и это не отнимало много времени. Камни и мергель из огромной выемки в центре площадки перевозили на край болота, которое лежало на дальнем конце проектируемого аэродрома. Потом самосвалы, чьи огромные колеса поднимали клубы пыли, ссыпали свой груз и разравнивали его, а потом по вновь образованной суше проходил фыркающий двухцилиндровый бульдозер. Когда на пути проходчиков встал завал, они взорвали его аккуратно расставленными шестидесяти-процентными зарядами динамита, образовавшуюся яму заполнили камнями из руин, насыпали мергелем и пустили каток.

Кончив обустраивать мастерскую, Пиблз поднялся вверх по холму посмотреть на Семерку. Обнаружив машину, он некоторое время стоял, потирая затылок, потом покачал головой, спустился вниз и нашел Тома.

— Я тут видел Семерку, — сказал он, когда воющий двухцилиндровик остановился и с него спрыгнул Том.

— И что ты нашел?

Пиблз развел руками.

— Вот такой список, — он опять покачал головой. — Том, что там произошло на самом деле?

— Сошел с ума предохранительный клапан, и она пошла гулять, — быстро и твердо сказал Том.

— Да, но… — Какое-то время он глядел Тому в глаза, потом вздохнул. — Ну, ладно, Том. Все равно я не могу чинить ее там. Мне нужен этот бульдозер, чтобы стащить ее вниз. И мне нужна помощь — там начисто заклинило ручной тормоз, и правая гусеница слетела с направляющих.

— Ох-х. Вот почему она не могла добраться до мальчика на стартере. У нее гусеницы не крутились, да?

— Чудо, что она прошла, сколько прошла. Гусеница выглядит так, как будто ее кто-то жевал. Машина шла на передних направляющих. И это еще не все. Капот треснул, как и говорил Харрис, и Бог знает, что я найду внутри.