— Значит, теперь рубины и ониксы — это местный аналог наших рублей и копеек? — догадался Илья.

— Не совсем так. Рубин ценится значительно дороже, чем рубль, оникс — больше, чем копейка. Лучше провести аналогию рубиновой единицы, скажем, с сотней евро, а оникса — с сотней рублей. Здесь есть и более мелкие денежные единицы. Они так и называются — мелочь. Илль. Черные монетки. Когда-то их роль выполняли осколки обсидиана. Еще здесь в ходу магические драгоценные камни — они являются вместилищами самостоятельно аккумулированной магической энергии, используются для создания инструментов и новых источников. Но, как понимаешь, они-то как раз ценятся сами по себе, а не в качестве своего безналичного эквивалента.

— Да, понимаю, — он вертел в пальцах карточку. — Хренассе, у меня, оказывается, деньжат!..

— Да. На случай, если я что-то забыл, купишь себе сам. Стипендию мы тебе будем начислять сюда же… Кстати, советую взять отбивную. Или ребрышки с капустой, их тут очень вкусно готовят. Если хочешь, можешь попробовать какой-нибудь суп. Они тут очень своеобразные, непривычные на наш русский вкус, но надо ж когда-то привыкать…

Пока они обедали, на улице стемнело. Выглянув наружу, юноша даже слегка забеспокоился — небо было залито багряным зловещим светом, редкие куцые облачка казались сполохами темноватого пламени, которое едва заметно дрожало и переливалось. Можно было подумать, будто в небе разгорелся пожар, который даже Богу не под силу затушить.

— Это зарево, что ли?

— Это? Нет, здесь такие закаты. Бывают и ярче, ты еще насмотришься. Окна жилых и общих комнат общежития выходят на побережье, небо и море от края до края, представляешь себе… Закаты и восходы тут длятся часа по два-три, в зависимости от сезона, потом станет темно.