
— Хорошо, сделаем, — ответил лейтенант.
Свинцов поправил автомат ППШ, висевший на плече, и повернулся к бойцам, ожидавшим его команды:
— Ну, пошли!
— А мне что делать? — услышал он голос Лизы.
— А ты… — Свинцов задумался. — Отправить бы тебя обратно, да ночью шататься небезопасно… Мельниченко!
— Я! — откликнулся боец, охранявший Лизу.
— Отведешь ее к Смирнову, — Свинцов кивнул на Лизу. — Она останется там до приезда смершевцев. Смотрите, чтобы она больше не возвращалась сюда, передай Смирнову, что он отвечает за это головой!
— Есть, товарищ младший лейтенант! — ответил Мельниченко, но почему-то не спешил выполнять приказ. — Разрешите вопрос?
— Что еще? — удивился Свинцов.
— А что делать, когда смершевцы приедут?
— Пусть оставит ее с водителем. Она не должна здесь появляться…
— Есть! — ответил боец, козыряя ему, и сказал, обращаясь к девушке. — Пойдем, красавица!
Свинцов невольно поморщился от такой фамильярности, но ничего не сказал. Лиза и Мельниченко ушли, а он с бойцами пополз к тому месту, которое ему указала девушка…
Люк он отыскал не сразу. Холм так зарос травой, что даже вблизи трудно было обнаружить крышку лаза. Свинцов осторожно поднял ее, и они спустились в подземный ход.
Они шли, стараясь не шуметь. В длинном коридоре было очень темно, но огонь Свинцов не решился зажечь, чтобы не выдать раньше времени своего присутствия, если вдруг кто-нибудь из диверсантов окажется здесь. Так и брели они наощупь, утопая по колено в холодной воде, пока не уткнулись в люк.
Осторожно приподняв крышку, Свинцов прислушался. В подполе было тихо, из дома тоже не доносилось ни одного звука. Стараясь как можно меньше шуметь, группа захвата вылезла наверх и затаилась у лестницы, ведущей к выходу в сторожку. Свинцов опять прислушался, но ничего не услышал. И это настораживало. Либо эти люди вообще не спали, либо они спали, не производя никакого шума, что, в принципе было возможно, но маловероятно. Был, правда, еще и третий вариант: в доме вообще могло не быть людей. Но об этом варианте Свинцов предпочитал не думать…
