Она плохо помнила, как преодолела первую часть пути. Выбралась на островок, ткнулась лицом в траву и замерла, не в силах пошевелиться. Подождала, пока противная дрожь покинет тело, потом решительно встала, подняла слегу и смело шагнула в топь…

Огромный бурый пузырь вспучился прямо перед ней и гулко лопнул, обдав гнилым запахом и брызгами грязи. Первым ее инстинктивным движением было шагнуть в сторону, но девушка сдержала себя, зная, чем грозит ей этот поступок. И тут началось светопреставление…

Болото словно взбесилось. Огромные пузыри вспучивались и лопались со всех сторон: перед ней, по бокам, сзади. Поверхность болота раскачивалась, бурая жидкость иногда покрывала ее с головой, залепляя глаза, уши, рот, нос. Но девушка собрала всю волю в кулак, несмотря на тот ужас, который тисками сдавливал сердце, и упрямо шла вперед. Кричать было бесполезно (кто услышит в этой глуши?), поэтому она молчала, сжав зубы.

Так продолжалось, пока она не выбралась на каменистый островок. И сразу стихло все, успокоилось болото, словно признав свое поражение. Лиза вдруг осознала, что плачет. Всхлипывала, размазывая слезы и грязь по щекам, вздрагивая от одиночества и омерзительного страха. В ушах звучал настойчиво чей-то голос, перебивающий все мысли: «Вернись, вернись, вернись…»

Но нет, она решила твердо дойти до конца, во что бы то ни стало. Встала на ноги, перевалила через вершину острова, шмыгая носом, прицелилась, как идти дальше, и опять полезла в болото…

Последний этап дался ей легче. Топь стала пожиже, дно попрочнее, даже кочки кое-где появились. Постепенно почва все повышалась и повышалась, начался лесок. Трясина уступила место кочкам и мшанику. И вот, наконец, она стояла на твердой земле, еще не веря, что дошла.