«Омкью обычно не спешат совершать акты милосердия по отношению к служащим Корпуса, — заметил Сарк. — За это не предусмотрена награда».

«Я не ждал награды. Но я не ждал и оскорблений».

«Извините».

Но Сарк совсем не сожалел о сказанном. Он поудобнее устроился в парящем, обтекающем тело, шаре, в котором сидел. На затылке у него блестела лысина. Блестел и его искусственный глаз, вид которого Лоу находил ужасным.

Сарк стряхнул пепел с кончика своей галлюцино. Настольный пылесос тут же всосал его. Офицер продолжал: «Расскажите еще раз, что произошло».

Тонкие пальцы нажали на несколько кнопок. Послышалось жужжание.

Лоу с терпением относился к таким издевкам. Он знал, что служащие Корпуса, пребывающие на Голозе, считали себя несправедливо наказанными. Поэтому они, в свою очередь, были не против выместить зло еще на ком-то. Тихим, спокойным голосом он рассказал, как нашел краулер, атакуемый краку.

«На первый взгляд это звучит довольно убедительно», — Сарк наклонился к микрофону и что-то сказал вполголоса. Ответ был таким же невнятным.

Со своего места Лоу мог видеть только безумный молочно-белый глаз. Это нервировало его. «Ты от смешанного брака, — сказал Сарк, выпрямляясь. — Мы не часто встречаем таких. Откуда ты?»

Лоу указал рукой: «Около десяти стеббии в этом направлении».

«Силой обладаешь?»

Теперь настала очередь улыбнуться Лоу. «Хотите, чтобы я поговорил с Вами без слов, полковник?»

Сарк передернул плечами: «Нет! Последний раз, когда один из ваших птицелюдей, будь он проклят, пытался поговорить со мной, — шея и спина у меня болели неделю».

«Я не обладаю такой силой».

Нет, не такой.

Со временем Лоу научился быть осторожным. Он не обладал именно такой силой, он был гибридом. Он не мог транслировать связно, как чистокровные омкью.