Из толпы вышел высокий молодой мужчина в пурпурной мантии и направился к Ротану. Заметив выражение нетерпения и возбуждения на его лице, пожилой маг улыбнулся. Дэннил всегда заявлял, что в Гильдии не происходит и не может произойти ничего необычного и волнующего.

— О, ну наконец-то! Мой старый верный друг. Давай рассказывай, что там стряслось? — набросился на него Дэннил.

Ротан скрестил на груди руки.

— Да уж, старый друг. Так и скажи — «старик».

— Ладно, будешь «старым пнем», — отмахнулся Дэннил. — Ну, не томи душу, что сказал Распорядитель?

— Ничего. Он хотел, чтобы я описал происшедшее. Похоже, я единственный, кто ее видел.

— Ей просто повезло. Почему остальные пытались ее убить?

Ротан покачал головой.

— Я не думаю, что они действительно этого хотели.

Жужжание голосов перекрыл звон гонга, и зал заполнил умноженный эхом голос Лорда Распорядителя Гильдии:

— Прошу всех магов занять свои места.

Обернувшись, Ротан увидел, как захлопнулась массивная главная дверь Гилдхолла. Чародеи потянулись к рядам сидений, и поток облаченных в мантии фигур разделился на два рукава. Дэннил кивнул в сторону дальней стены.

— Сегодня у нас редкие гости.

Ротан проследил за взглядом друга. Там в креслах неторопливо устраивались Верховные Маги. Их места, словно подчеркивая авторитет и положение своих хозяев в Гильдии, располагались лицом к остальным и возвышались рядами в пять ярусов, образуя некое подобие президиума. Наверх вели две узкие лесенки. В центре верхнего ряда стояло огромное кресло, позолоченное и украшенное вышитым Королевским инколом: стилизованная ночная птица. Большое кресло пустовало, но стоящие по бокам два кресла поменьше были заняты — на них восседали два мага, мантии которых были подпоясаны золотыми кушаками.