Сонеа придвинулась к импровизированному зеркалу поближе. Ее мать была красавицей.

«Может, если бы я отпустила волосы, — размышляла она, — и надела бы что-нибудь женственное… Впрочем, какая разница!»

Встряхнув головой, девушка раздраженно отвернулась. Нашла время забивать голову дурацкими фантазиями!

— … где-то минут двадцать назад, — послышался голос стражника. При этих словах она напряглась, вспомнив, с какой целью спряталась в нише.

— А где они собираются их окружить?

— Откуда ж мне знать, Мол? Сам посуди.

— Эх, вот бы тоже там оказаться. Уж я-то видел, что эти ублюдки сотворили с Порленом в прошлом году! Он несколько дней толком ничего не видел, а сыпь вообще прошла почти через месяц. Попади они мне в руки… Эй, пацан, не туда!

Проигнорировав окрик — стражники все равно не оставят свой пост у аллеи, чтобы народ не воспользовался моментом и не попытался туда прошмыгнуть, — Сонеа нырнула в заметно сгустившуюся толпу и побежала вперед, время от времени останавливаясь и оглядываясь в поисках знакомых лиц.

У нее не было никаких сомнений, насчет какой уличной банды говорили стражники. Прошлой зимой истории о подвигах шайки Хэррина во время последней Чистки передавались из уст в уста и пересказывались бесчисленное множество раз. Сонеа каждый раз радовалась, что ее старые друзья все еще продолжали проказничать, хотя в душе девушка вынуждена была согласиться с тетей, что ей следовало держаться от них и от их выходок подальше. И вот, судя по всему, городская стража готовилась взять реванш.

«Это только подтверждает, что Джонна права, — мрачно усмехнулась Сонеа. — Она с меня живьем шкуру спустит, если узнает, чем я сейчас занимаюсь. Но я просто обязана предупредить Хэррина. — Сонеа снова обежала глазами толпу. — Я ведь не собираюсь вернуться в банду, мне нужно только найти часового… Ага, вот и он».