— Сколько миров это составит?

Разговор происходил на фоне экрана размером во всю стену. Изображение на нем не способствовало легкости тона.

Помощник знал, что вопрос риторический. Хотя с возрастом гин становился более рассеянным и чаще отвлекался, он все еще был силен.

— Семьдесят два.

— Без Барвона или Дисса.

— Они еще держатся.

Ответом было молчание.

Затем:

— Мы воспользуемся человеческой расой.

Наконец-то!

—  Слушаюсь, высокий гин.

Молчание.

Взгляд на экран.

— Ты рад этому, тир, ведь так?

— Я считаю это мудрым решением, как и все ваши решения, высокий гин.

— Но они принимаются медленно и поздно. Без решительности, без… как это на языке людей?.. страсти.

Помощник осторожно выбирал слова.

— Если бы решение было принято раньше, то, возможно, пользы было бы больше. Потери наверняка были бы меньше.

Долгая минута, затем ответ.

— В ближайшей перспективе пользы будет, несомненно, больше. Но что насчет потерь в отдаленной перспективе, тир?

— Программы наверняка сработали. Люди хорошо поддаются контролю.

— Группа Ринтара думала так же.

— Те люди сформировались лишь наполовину, были, полуживотными, нецивилизованными и дикими. Новые расы гораздо более покладисты, ими легче управлять средствами технологического контроля. Они практически не опасны, и немногие выжившие после вторжения будут благодарны за любую кость, которую мы им кинем.

Опять долгое молчание, пока гин разглядывал экран.

— Возможно, ты прав, тир. Но у меня есть сомнения. Знаешь, почему я позволяю продолжать проект по человеческой расе?

— Если вы считаете неверной исходную предпосылку, то да, я бы хотел знать.

Молчание.

— Почему?

— Твои предположения?

Пауза, вдох, опять длинная пауза.