Слушая их, Квиллер лишь посмеивался. О нем тоже судачили достаточно. Жил он по-холостяцки и довольно скромно, хотя был самым богатым человеком в центральных штатах северо-востока. По прихоти судьбы он неожиданно унаследовал баснословное состояния Клингеншоенов, начало которому было положено в Мускаунти. До той поры Квиллер существовал на более чем скромный репортерский заработок, не помышляя о богатстве. В финансовых делах он был абсолютным профаном и потому внезапно возникшую проблему решил просто — основал Фонд Клингеншоенов, Фонд К., который занимался финансированием всевозможных благотворительных проектов, выбранных по его усмотрению.

Неудивительно, что мистер К. стал кумиром всех жителей округа, и не только благодаря своей щедрости. Дважды в неделю в газете «Всякая всячина» печаталась колонка «Бойкое перо Квилла», быстро обогнавшая по популярности все остальные рубрики. Он был добродушен и обладал чувством юмора, хотя взгляд, исполненный печали, придавал ему несколько меланхолический вид. А главное, он был хозяином собственной жизни.

Кровь первопроходцев, текущая в жилах жителей Мускаунти, делала их людьми независимыми, довольно равнодушными к чужому мнению. Чтобы убедиться в этом, достаточно было взглянуть на карту округа, где встречались названия вроде Скуунк-Корнерз (Скунсовы Углы), Литл-Хоуп (Безнадега), Содаст-Сити (город Опилки), Чимпунк (Бурундук) и Агли-Гарденз (Безобразные Сады). Здесь Квиллер чувствовал себя в родной стихии. Он поселился вместе с двумя кошками в огромном перестроенном амбаре, отпустил ещё длиннее усы цвета соли с перцем и разъезжал на «лежачем» велосипеде, высоко задирая ноги — педали и седло в этой конструкции располагались почти на одном уровне.

За Квиллером признавали немало достоинств. Он был высок и хорошо сложен, а потому выглядел очень внушительно. Работая журналистом, привык внимательно слушать собеседника. Абсолютно незнакомые люди чувствовали, что могут довериться ему, и делились с ним своими мечтами и горестями. Он всегда сочувственно их выслушивал.