Мирно существовало с Медными горами Зыбучее озеро и его хозяин дэв, никто не смел нарушать спокойствие Гиблых болот бенши. Безмятежно спало Вражье ущелье со всеми своими ворогами, потому что я запретила проходить через него. Еще в тот год, когда я приняла наместничество, Троя по моей просьбе отыскала другой путь к Лабиринту, в обход Зыбучего озера и Вражьего ущелья. И то и другое стало теперь заповедной зоной.

Но ничто не могло заставить меня забыть обо всём, что было со мной десять лет назад, о блужданиях в Глухих пещерах, встрече с Хамсином, о дервише и Саб-Бияре, о битве с Бейшехиром и последней встрече с Гавром, после которой я больше не видела его. Я не раз и не два рассказывала эту историю Тэйу, словно сказку на ночь. В конце концов, он и сам стал так думать. Моя жизнь стала для малыша просто сказкой. Он называл меня тётя Бет.

Однажды случилось то, чего я ожидала меньше всего. Ко мне явился посланник Лютого Князя. В этом, впрочем, ничего необычного не было, невероятным было то, что посланником был сам Брулак, отец Ю-Ю и значит дедушка Тэйу. Он передал мне всякие ненужные, но, тем не менее, обязательные инструкции от Саргона, которые были столь незначительными и устаревшими, что не сложно было догадаться: Брулак здесь не из-за них. Неужели захотел повидать внука?

Не смотря на то, что я бывала при дворе не раз, Брулака я видела впервые. У него не было ни пятачка, ни шерсти на лице, был он только очень смуглым, да слишком хитрым и подозрительным был его взгляд из-под густых и лохматых бровей. Как и все представители его племени при дворе Саргона, он носил красную кардинальскую мантию с золотой каймой и замысловатой вышивкой. На его крупной голове возвышался парчовый тюрбан, закрывающий видимо рога. И цоканья копыт по твердому полу я не слышала, и хвоста, высовывающегося из-под мантии, не замечала. Настоящие черти не соответствовали моему обывательскому представлению о них.