Перехватив его взгляд, Джарис улыбнулся.

- Зачастую я и сам подумываю, какой идеальной жертвой мог бы стать для шантажиста.

Мэддик поспешно отвел глаза.

- В том случае, если шантажист примет вашу выдумку за чистую монету.

- Всегда остается доля сомнения, - усмехнулся Джарис. - Хотите, я поклянусь, что родство двух рас предельно близкое и земляне успешно спаривались с декайцами?

Прежде чем ответить, Мэддик с минуту следил за тем, как его пальцы обвивают и поглаживают чудесную вещицу. Наконец, он тряхнул головой, будто отгоняя какую-то докучливую мысль.

- Теперь меня ничем не проймешь. Как ни странно, я вам верю. Хотя, как ни странно, сознаю, что должен с пеной у рта отрицать всякую возможность такого спаривания. - Неожиданно он дал волю своему раздражению. - Послушайте, к чему вся эта пустопорожняя болтовня? вскипел он. И тут же утихомирился. - Впрочем, ладно. Конечно же, я вам верю. Ясно, как дважды два, что я спятил, но вам я верю.

- Верите ровно настолько, чтобы выдать меня федеральным властям?

Не отвечая, Мэддик залился румянцем.

- Боюсь, вам там ответят только, что этого не может быть, - сказал Джарис. И утомленно прибавил: - А жаль. Я ведь говорил, для шантажиста я лакомый кусок. - Помедлив, он ласково посоветовал: - Не стоит волноваться, сынок.

В голосе Мэддика не слышалось злости. Он смотрел вниз, на кисть своей руки, которая все поглаживала гипноглиф.

- Это угроза? - осведомился он безучастно.

Джарис качнул головой:

- Жалость. - Выпустив изо рта клуб дыма, он заговорил чуть оживленнее: - К тому же чересчур убедительны доводы в пользу полнейшей немыслимости подобного явления. Лишь при одном условии могут две разные формы жизни, соединившись, дать потомство и тем самым навести мост между двумя ветвями дивергентной, расходящейся эволюции: если у них был общий предок.