Невропатолог прописал новый рецепт, назначил какие-то уколы. Но приступ слепоты повторился. Потом появились новые, совершенно необъяснимые явления.
Однажды вечером Володя вдруг потерял способность читать. Он ясно видел строчки, буквы, слова, но совершенно не мог осмыслить, что они означают. Это состояние длилось около получаса, потом прошло. В другой раз с ним произошло уже совсем непонятное. Он взял книгу и не знал, как ее открыть. Решил пойти к отцу. Так как у Ивана Игнатьевича в это время были гости, Володя потянулся за галстуком, но повязать его не мог, не мог надеть и пиджак: вертел его во все стороны, понимал, что нужно руки засунуть в рукава, как всегда: сначала правую, потом левую, но как это сделать, он совершенно позабыл.
Растерянный и не на шутку перепуганный, он прошел к матери на кухню.
– Вот хорошо, помоги мне откупорить консервы, – сказала мать, не заметив за хлопотами состояние сына.
Володя взял банку с консервами, консервный нож, повертел их в руках и, удрученный, положил на место.
Теперь заболеванием Володи заинтересовались не только невропатологи, но и психиатры. На консилиуме долго спорили. Болезнь, действительно, из ряда вон выходящая. Странно, что приступы и автоматических движений, и слепо ты, и внезапной потери способности к письму и чтению начинались всегда вечером и только в комнате Володи, продолжались сравнительно недолго, а в промежутках между ними юноша был совершенно здоров. И еще: даже самые старые специалисты с большим опытом не могли припомнить случая, чтобы у одного человека заболевание сопровождалось таким многообразием чередующихся симптомов.
То, что творилось с Володей, не укладывалось в их понятии. В истории медицины такой болезни еще не встречалось.
Консилиум решил, что надо посоветоваться с профессором Браиловым.
2. ПРОФЕССОР БРАИЛОВ
Антон Романович Браилов возглавлял научно-исследовательский институт экспериментальной психоневрологии. Его работы по новейшим изысканиям в области физиологии высшей нервной деятельности снискали ему славу мирового ученого. Еще будучи студентом, он увлекался электрическими реакциями мозга. Работа профессора о биотоках больших полушарии в свое время наделала много шума и была опубликована почти одновременно в тридцати двух странах.