Рост спустился с дюны, нашел Еву, которая настолько измаялась бездельем, что даже пыталась помогать Кирлан в заготовке рыбы на зиму, и спросил: - Сколько может быть повозок у этих ваших михоев?
- Аймихо? Не знаю, - она стряхнула с рук чешую, - наверное, много. Тогда - они появились.
Ева вымыла руки самодельным мылом и пошла на верх Храма вместе с Ростиком. Тут они просидели до вечера. И не зря. Пыль со временем превратилась в странные фигурки, а потом, незадолго до темноты, стало видно, что это довольно большие, метров по тридцать в длину, овальные платформы, которые висели сами по себе над землей. На платформах были возведены довольно крепкие, даже, пожалуй, массивные, постройки, в которых жили, словно бы вокруг ничего не происходило, люди. Иные из них стирали белье, кто-то занимался нехитрыми ремеслами, ребятишки гоняли какое-то подобие гусей или больших уток. В загонах ревела скотина, а на вознесенных вверх мачтах трепетали на редкость праздничные флажки.
- Когда они шли по степи, флагов не было, - ска зала Ева.
- Наверное, это что-то вроде стука в дверь, - отозвался Ростик. - Знак вежливости, косвенное свидетельство мирных намерений и в то же время определение чинов. - Нет у них никаких чинов.
- Почти наверняка есть, просто вы еще не поняли, какие именно и по какому признаку присуждаются.
- Вот теперь я узнаю своего дружка, - рассмеялась Ева. Посерьезнела. Только не вы, а мы. Люди.
Платформы влекли вперед массивные рогатые звери с белыми гладкими спинами и очень мощными задними ногами. А впрочем, и передние ноги у них не подкачали. Просто ими звери иногда переступали, словно пробовали дорогу на ощупь, а задними всегда толкали платформы вперед, вот это и бросалось в глаза. Как казалось, зверями никто не правил, они шли сами и, насколько Рост мог судить, толково выбирали дорогу среди неровностей и складок местности.