Сатклихо выслушал его со вниманием, лег на землю, раскинув руки, положил в пыль голову, прислушиваясь... Нет, это было что-то другое, не попытка расслышать подземные струи. Наконец он поднялся, отряхнул пыль с лица.

- Так может получиться... Но дело в том, что самый большой ручей, который дал бы нам достаточно воды, оказался именно "твоим".

Стоящий рядом старик еще более древний, чем Сатклихо, что-то проговорил не по-русски. Все немного улыбнулись. Рост не понял шутки и, стараясь оставаться спокойным, надел шлем. Забрало, правда, не опустил.

- Ты зря думаешь, что мы хотим причинить тебе вред, - отозвался Сатклихо. - Тут есть еще два под земных ручейка, вот старец и предложил их объединить, а чтобы это было не очень трудно, их придется вывести на склон вот той дюны. - И он махнул рукой в сторону холма метрах в трехстах от Храма.

- Как это - вывести, соединить?

- Потом поймешь. - Сатклихо повернулся к из лишне предприимчивому дедушке и пояснил: - Нельзя выводить воду наружу. Она через пару лет пробьет овраг и будет хуже.

Старец снова что-то пробормотал, и ушел, даже не обернувшись.

- Хорошо, - согласился с ним Сатклихо. - Мы перенесем лагерь на ту горку, а чтобы не выводить ручьи на поверхность, выроем колодец.

На том и порешили. Остаток вечера Рост угрызался тем, что поступил не слишком вежливо, но в то же время с облегчением думал, что теперь его драгоценная вода не иссякнет.

Едва стемнело, все аймихо, и стар, и млад, отправились купаться. Купались с удовольствием, плескались, гикали, кричали, ныряли за красивыми ракушками и даже пробовали уплывать от берега. Этого уж Рост выдержать не мог. Он спустился со своей башенки и отправился к "соседям".

Его заметили, когда он был еще метрах в ста от малышни. Несколько девушек тут же вышли к нему, и почти все из них оказались совершенно обнаженными. Рост тактично постарался смотреть в другую сторону, но если бы его недавно не посетила Ева, это было бы нелегко. Потому что девушки оказались пугающе человекоподобны. И откровенны. Впрочем, если учесть, что мужчин во всем таборе почти не осталось - интересно, почему? - это было понятно.