Воронцов помолчал с минуту, потом снова взялся терзать их барабанные перепонки...

- ГЛАДИАТОРЫ!! ИРИНА И АЛЕКСАНДР!! ВАС ОСТАЛОСЬ ДВОЕ!! ЧЕРЕЗ ЧАС!! ВСЕГО ЧЕРЕЗ ЧАС ПРОЗВУЧИТ ЗУММЕР!! И!! НАЧНЕТСЯ!! ПОСЛЕДНЯЯ!! ОХОТА!!

Алекс сидел на корточках перед сжавшейся в комок Ириной. Успокоить девушку так и не удалось.

Да и у самого Алекса, честно говоря, зародились некоторые сомнения...

Неузнаваемый, будто искаженный болью голос Олега, влажный хруст "вроде бы" пресса, куча бетонного крошева, что погребла под собой Максима, бесконечно долгий крик Кати...

- Я ее убила. На самом деле убила, - шептала Ирина с ей самой непонятной уверенностью.

Алекс пытался гладить ее по голове, наговорил кучу успокаивающих слов, больше даже для себя, чем для нее, натужно смеялся над ее страхами. Бесполезно. Девушка будто впала в транс. Час прошел незаметно.

- ГЛАДИАТОРЫ!! МУТАНТЫ ВЫХОДЯТ НА ТРОПУ!! ДАЮ ОТЧЕТ!!

Над Комплексом растекся низкий гудок зуммера. Алекс поморщился - ну и частота! Даже зубы заныли. Зато такой сигнал точно не пропустишь.

- Ирина, пойдем, - он потянул девушку за руку. Она не шелохнулась.

- Что ж, - Алекс грустно усмехнулся, - похоже, я выиграл ...

В этот момент в "штабной" автобус Воронцова ворвался возбужденный ассистент.

- Арт Вадимыч! Арт Вадимыч!

- Что? - режиссер обернулся на вращающемся стуле. - Что случилось? Кто-то выжил?

- Да нет! Не это. Костецкий-то! Подумайте только!

- Что Костецкий? Говори же, не тяни!!

Ассистент сунул под нос Арту тоненькую папку с документами. На грифе значилось "Разведрота 2-го отдельного батальона сводного полка ОМОН Московской области. Личное Дело старшего сержанта Костецкого Александра Яковлевича".