Он попытался вызвать, не зная, на месте ли Эдвин. Потом решил подождать вызов. И ждал, барабаня пальцами.

Зуммер был прерывистый, но экран оставался темным.

— Да? — раздался хриплый мужской голос.

— Уильям Зингер Черный Конь, — представился он, — отвечаю на вызов Эдвина Теддерса.

— Минуту, — голос ушел куда-то вверх. — Я позову его.

Билли подергал бирюзовую серьгу и посмотрел на экран. Минуту менялись цифры на соседнем дисплее-часах. Другую…

Экран вдруг засветился, и грубое лицо темноволосого мужчины с глазами альбиноса появилось перед ним. Его улыбка была скорее улыбкой облегчения, чем радости.

— Я — Эдвин Теддерс, — сказал он. — Рад, что, наконец-то, вы отозвались, мистер Зингер. Можете прийти прямо сейчас?

— Могу, — он взглянул на сверкающую кабину слева. — А в чем дело?

— Расскажу при встрече. Пожалуйста, поверните трип-бокс в другую сторону. Это важно, мистер Зингер.

— Ладно. Приду.

Он подошел к своему трип-боксу и включил его. На мгновение раздался слабый звук. Зоны цветов переместились внутри рукояток.

— Готово, — сказал он, вступив в аппарат.

Посмотрев вниз, он увидел, как его ноги превращаются в туман. В какой-то миг в мире все перемешалось.

Потом мысли снова прояснились. Он стоял в похожем аппарате. Подняв голову, увидел большую комнату в старом стиле — темные панельные стены, массивные кожаные кресла, китайский ковер, стеллажи, набитые книгами, драпировки, в камине горели настоящие дрова. Два человека стояли лицом к нему. Теддерс и равнодушный блондин; голос его походил на голос человека, с которым он заговорил в первый раз.

— Это — Марк Брэндс, мой секретарь, — пояснил Теддерс, когда тот, взглянув на него, спустился вниз.

Теддерс небрежно нажал на его ладонь, предпочитая такое рукопожатие старинному приветствию людей. И показал жестом на кресла: