Kамни, мой друг, живут своей особой жизнью, а драгоценные — тем более. Они не терпят суеты и торопливости. Они совершеннейшие нарциссы, а также немного сибариты по своей природе. Лежать и наслаждаться собой, размышлять о вечном, купаясь в роскоши, — вот их жизненное кредо. Их философия незатейлива, но тверда, как и они сами: упорядоченность, стабильность и бесконечная жизнь, даже после смерти, когда от них остается лишь песок. Ведь для них это фактически не смерть, а размножение… — старик оторвал взгляд от кучки лежащих перед ним тусклых, необработанных алмазов и улыбнулся, демонстрируя ровные зубные протезы. — Двадцать тысяч за все.

— До свидания, — сухо попрощался владелец камней и принялся сгребать их в плотный брезентовый мешочек.

— Постойте, — продолжая улыбаться, сказал старик. — Разрешите мне взглянуть на них еще раз.

— Хорошо, — посетитель вытряхнул содержимое мешочка обратно на стол, — только будьте на этот раз повнимательнее. Камни не терпят поспешности. Ваши слова?

— Торопливости, молодой человек, торопливости, — ювелир вновь занес над самым крупным экземпляром лупу и сделал вид, что рассматривает алмаз.

На самом деле он уже давно определил все, что было необходимо, и теперь речь шла только о взаимовыгодной цене. Понимал суть начавшегося спектакля и продавец, однако его поджимало время, и потому он немного нервничал.

— Я знаю, что вас смущает, — не глядя на посетителя, произнес старик. — Размеры. Самый меньший из них тянет на три карата как минимум. Но спешу вас огорчить. После огранки, когда они превратятся из невзрачных алмазов в сверкающие бриллианты, их вес уже не будет столь велик…