- Добро пожаловать!

- Идите сюда!

- Спешите к нам!

Я прижала уши, чтобы защититься от шума, но это не слишком помогло. Самые разные ароматы, от изысканных до омерзительных, наполнили мои ноздри и коснулись языка.

Туристы, посещавшие Саддмусал, обязательно отправлялись на базар, где в каждой палатке, независимо от ее размеров и ценности продаваемых товаров, имелась своего рода живая вывеска - нанятый певец или певица. Издалека доносилось приятное сопрано, владелица которого подробно рассказывала о чудесных слесарных инструментах, имевшихся в продаже в ее палатке. Чуть ближе дрожащий тенор предлагал всем желающим приобрести горшки и посуду. К сожалению, как только рынок заполняли покупатели, певцы вступали в поединок друг с другом, и побеждала громкость, а не мелодия.

Женщина, цеплявшаяся за шест надо мной, наконец-то замолчала, но лишь на мгновение, чтобы сделать глоток из фляги, которая висела у нее на шее. Она аккуратно сплюнула на своего ближайшего соседа и снова начала вопить:

- Добро пожаловать! Заходите, не пожалеете!

Я умчалась подальше от продавца тканей, выбирая наиболее безопасный маршрут. Естественно, здесь, внизу, компанию мне составляли другие посетители базара: маленькие многоножки с блестящими панцирями или более крупного размера, гибкие, на четырех лапах, вроде меня. Я автоматически запоминала всех, обращая особое внимание на попадавшихся время от времени ухоженных, приятно пахнущих животных, сопровождавших своих хозяев и хозяек на базар. Если бы только эти откормленные твари со странным удовольствием не кусали бы за ноги всех, кто попадался им на пути!

Я нашла временное убежище под телегой, легла на землю и поспешила вытащить колючий шарик, застрявший между моими самыми длинными пальцами. Это оказалось совсем не просто, потому что потребовало аккуратности и точности: сначала осторожно ухватить зубами колючку, а потом резко дернуть. Я задумчиво пожевала безвкусный комок, прежде чем выплюнуть его на землю. Вне всякого сомнения, мое поведение соответствовало моему внешнему виду. Я позволила себе улыбнуться. Старушке Эрш, скорее всего, пришлось бы поменять свой цикл, прежде чем отважиться попробовать мой последний ужин - рыбьи кости и кожура фруктов, покрытая плесенью.