Тем временем незнакомец выложил мертвые тела в ряд, и Риана ощутила возрастающие беспокойство, словно, вот-вот, должно произойти что-то ужасное. Но что могло быть ужаснее смерти? Она не знала. Вернее не хотела знать.

Склонившись над одним из трупов, незнакомец сложил руки на груди, и стал совершать быстрые покачивания.

Странный ритуал длился очень долго. Ри уже успела незаметно подобраться к эшафоту, а незнакомец, все еще продолжал находиться в забытье, тихо шепча под нос какие-то непонятные слова. И у девушки сложилось впечатление, что все, что делает этот человек — обычное показное представление безумца. Настолько происходившее, казалось девушке диким и жутким одновременно.

Внезапно незнакомец замолчал и замер. Воцарилась тишина. Ри ощутила неимоверное напряжение, воздух стал таким свежим и прохладным, будто скоро должна была начаться гроза, — но небо оставалось чистым, без единой тучи.

Крепкие руки разорвали мешковину. Откинув ее в сторону, мужчина осторожно вгляделся в лицо повешенного и, поднявшись на ноги, властно произнес:

— Вставай…

Невероятно, но мертвец, (теперь Ри могла точно сказать, что это был ее приятель Талле Квип), словно почувствовав силу произнесенных слов, заметно дернулся. Тишина. — Велю тебе, вставай!

На этот раз голос незнакомца разнесся окрест многократным эхом. Риана дрогнула.

Повешенный Талле Квип открыл глаза. Незнакомец облегченно вздохнул и, опустившись на одно колено, вновь склонился над ожившим. Внимательно посмотрев недавнему мертвецу в глаза, он тут же отстранился, и тяжело вздохнув, вытащил из ножен, небольшой ритуальный кинжал — с широким сужающимся к острию лезвием. В магазинчике толстяка Болтрана, Риана часто видела такие вещички. Раздобревший за последние лет десять до не приличных размеров оружейник, говаривал, что таким вот оружием, пользовалась старинная каста воинов-охотников на ведьм22. И если Болтран ничего не путал — то что тогда, Зиф его побери, в Рейте может делать охотник на ведьм?